?

Log in

No account? Create an account
Иванов В.И. ГОМИЦИДАЛЬНАЯ ШИЗОФИЛИЯ. Концепция гомицидологии предполагает существование симбиоза двух гомицидальных доминант,: аллогомицидальной (гр. алло - другой + гомицидальный - смертоносный ) и аутогомицидальной (гр. аутос - сам. + гомицидальный - смертоносный). Аллогомицидальное поведение субъекта направлено на причинение смерти - (психологической, социальной, физической) другим людям. Целью аутогомицидального поведения является причинение смерти самому себе в виде самоистязания, суицида, самопожертвования, эвтаназии и др.(1,2,3) Индивидуальные пропорции алло- и аутогомицидальных соотношений определяются особенностями личности субъекта и проявляются в виде бесчисленного разнообразия сублимаций, преобразующих зло в добро или​, наоборот, добро в зло. Гомицидология изучает извращенные формы симбиоза алло- и аутогомицидальности, возникающие в результате ГОМИЦИДАЛЬНОЙ ШИЗОФИЛИИ (схидзо-разделяю, расщепляю,+ филия - страсть, влечение). Термин ШИЗОФИЛИЯ был введен автором при судебно-психолого-психиатрическом исследовании серийных убийств, совершенных С. (1989-90г.г.)- дело "Электрика. В далеком прошлом было замечено, что нередко убийства совершают те, кто по той или иной причине сами "ищут" (бессознательно жаждут)свою смерть. Так, европейские криминологи в 19 веке описали преступления, когда субъекты совершали убийства, чтобы быть приговоренными судом к смертной казни. Убийцы обосновывали свое самоубийственное (аутогомицидальное) поведение тем, что у них пропал интерес к жизни. Однако они считали "недостойным" или у них недоставало воли покончить жизнь самоубийством. В современном судопроизводстве извеcтны уголовные дела, когда обвиняемые - серийные убийцы - объясняют свои гомицидальные деяния, тем, что в них периодически пробуждается другая личность, которая совершает очередное убийство и исчезает. Указанное диссоциативное расстройство личности включено в международную классификацию психических расстройств (МКБ-10) под названием "расстройство множественной личности" (4). Парадоксальные симбиозы ауто- и аллогомицидальных влечений и их расщепление (филия) формируют основу установки гомицидомана на достижение иррациональных целей ценой своей жизни. В этом проявляется аутогомицидальный (суицидальный)"тупик"для серийных гомицидоманов. Их собственный - "эндогенный"- судья (остатки здорового врожденного нравственного чувства) толкает гомицидоманов, ставших "беспредельщиками", к самоубийственному саморазоблачению -АУТОГОМИЦИДАЛЬНОМУ СУИЦИДУ. Индивидуальные пропорции алло- и аутогомицидальных соотношений определяются динамикой личностностной самоидентификации субъекта и проявляются в виде бесчисленного разнообразия сублимаций, преобразующих зло в добро или,наоборот, добро в зло.Гомицидология изучает извращенные формы рассматриваемых соотношений Алло и Ауто-- так называемую шизофилию (схидзо-разделяю, расщепляю,+ филия - страсть, влечение), то есть симбиоз алло- и аутогомицидальности, возникающие у отдельного субъекта или в группе. (Термин ШИЗОФИЛИЯ был введен в практику автором этой статьи в процессе судебно-психолого-психиатрических экспертиз серийных убийств, совершенных С. (1989-90г.г.)- Повседневность поставляет бесчисленное разнообразие вариантов примитивных ШИЗОФИЛИЧЕСКИХ психосоциальных сочетанных реакций: сексуальность и удовлетворение; страх, агрессия и удовлетворение; агрессия, сексуальность и удовлетворение; сексуальность, неудовлетворение и агрессия; сексуальность, неудовлетворение и страх и т.п.. Например, агрессивный самец-павиан, охраняющий стадо обезьян, в ярости демонстрирует эрегированный половой орган для устрашения врагов. Да и у людей похожий жест не случаен. Агрессивное возбуждение, ярость или выраженный страх могут стимулировать неадекватные примитивные половые реакции и наоборот, что нередко приводит к внезапной потере субъектом антигомицидального контроля, а также фетишистским гомицидальным фиксациям - то есть пристрастию к серийным гомицидальным насилиям и убийствам. Впрочем, встречаются и не столь драматические фетишистские фиксации, а скорее курьезные. К одной из них можно отнести следующее уголовное дело . Пенсионер М., был изобличен в том, что во время поездок в переполненном троллейбусе неоднократно совершал кражи кошельков из сумок пассажиров. Со слов родственников, соседей и сослуживцев М. пользовался репутацией культурного, законопослушного гражданина. В результате судебно-психиатрического экспертного исследования было установлено, что пристрастие к похищению кошельков возникло у М. в связи со стрессом, перенесенным во время одной из поездок в переполненном троллейбусе. Дело обстояло так, что М. сжатый пассажирами, с трудом достал из кармана кошелек, чтобы оплатить проезд. Взглянув на кошелек, он обнаружил, что случайно попал рукой в чужую сумку и достал не свой кошелек. М. испытал єжуткийЋ страх, что его уличат в воростве и на высоте испуга, вдруг, ощутил выраженный оргазм, которого у него не было уже несколько лет. После этого происшествия прошло несколько недель и М. стал забывать о невольной краже кошелька. Вместе с тем его все больше стали беспокоить воспоминания о пережитом оргазме и связанные с ним фантазии, навязчивые представления. Стремление вновь пережить оргазм приобрело компульсивный (неодолимый) характер и М. стал практиковать поездки в переполненном общественном транспорте, с целью достижения оргазма, который неизменно у него происходил, когда его рука проникала в женскую сумку и очередной чужой кошелек оказывался в его руке. В другом крайне трагическом уголовном деле С-ко вышеописанная сопряженность страха, оргазма и гомицидальной агрессии, возникшая после перенесенного острого стрессового состояния , стала причиной серии гомицидальных насилий и убийств, криминалистические особенности которых уникальны ( подробно см. ниже). Из вышеуказанных сочетаний гомицидальные насилия и убийства наиболее часто провоцируются следующими схемами развития стрессовых состояний: половое возбуждение, страх и гомицидальное убийство (см. ниже - уголовные дела, в которых автор этой статьи участвовал как эксперт ) или гомицидальная агрессия, половое возбуждение, страх, неудовлетворение, агрессия ; половое возбуждение, агрессия, неудовлетворение, страх и т.п.. У субъектов-гомицидоманов центры агрессии, страха и половых реакций вследствие врожденной или приобретенной недостаточности центральной нервной системы могут пожизненно находиться в состоянии повышенной чувствительности: готовности к гомицидальному реагированию даже на случайные раздражители.





Индивидуальные стереотипные малодифференцированные психические защиты призваны интуитивно поддерживать гомеостаз психических систем индивидуума. Психические защиты функционируют у каждого человека с детства. Их механизмы уравновешивают или "держат взаперти" необозримое многообразие врожденных, приобретенных за время созревания и в зрелом возрасте сознательных и неосознанных микро-, макроконфликтов и связанных с ними деструктивных побуждений.В душе каждого человека хранится множество личных "тайн", любая из которых потенциально может стать клинической основой тяжелого невроза или предпосылкой расстройств личности. Они существуют в виде исполненных запретных желаний, влечений или хронически пребывают в виде несбыточных (благодаря действию личностно-социального контроля и механизмов психической защиты) криминальных гомицидальных фантазий [25].Психические защиты могут быть, обусловлены нереализованными и реализованными гомицидальными побуждениями, а также защиты, связанные с возникшей после гомицидального деяния криминальной и юридической ситуациями. Стрессовое воздействие криминальной и юридической ситуаций существенно нарушает психическое состояние ее участников, нарушает устоявшийся баланс психических защит, видоизменяет их содержание. Психотравмирующие факторы, обусловленные юридической ситуацией, многообразны и пронизывают все этапы и стадии судопроизводства. Поэтому их совокупность целесообразно объединить понятием "юридическая психическая травма". Есть все основания считать, что психические защиты наиболее проявляются при гомицидальных убийствах. Это обусловлено тем , что психическую структуру гомицидального поведения и гомицидальных убийств, в частности, отличают выраженная представленность в ней архетипических элементов. Участие архетипических гомицидальных структур обусловливает то, что основной механизм гомицидальных убийств функционирует в глубине криминального конфликта, часто недосягаемой без познаний в области психических защит. Гомицидальная сущность мотивации, организующей психическую структуру преступного деяния, часто маскируется, зашторивается парадоксальным содержанием той или иной психической защиты, что препятствует распознаванию гомицидального характера агрессии на этапах следствия и судопроизводства. В отношении гомицидальности механизмы психических защит выполняет ряд функций. Перед совершением гомицидального деяния могут препятствовать развитию гомицидального эксцесса, вытесняя ненависть, месть , неприязнь в область бессознательной сферы, или, наоборот, блокировать антигомицидальный контроль, способствуя совершению гомицидальной агрессии. После совершения гомицидального деяния психические защиты могут способствовать нарастанию агомицидогнозии и оправданию уже совершенной агрессии ( хотя бы в собственных глазах субъекта). Более того , во втором случае они нередко формируют механизм дополнительного психического сопротивления субъекта процессу расследования. Психические защиты основаны на приемах уклонения ( избегания, упрощения, размывания, зашторивания) психотравмирующей информации, вызывающей тревогу, угрожающей психическому гомеостазу. Их механизмы архаично просты и незатейливы, поэтому часто действуют без учета особенностей реалий повседневности - лишь бы снять тревогу и вернуть психическое равновесие. Такая "безответственность" психических защит оправдана в повседневной житейской практике. Однако, в юридической ситуации те примитивные психические защиты, которые только "приглаживают" сложные противоречивые обстоятельства, сами нередко усугубляют юридические последствия, препятствуя адекватному, осознанному разрешению ситуации. Логика упрощенных психических защит нередко приводит к искажению показания участников и этим вольно или невольно деформируется объективная информация. Кроме этого, вторгаясь в процесс различных следственных действий, психические защиты налагают отпечаток парадоксальности, непредсказуемости и непонятности на безотчетно-защитное поведение участников уголовно-правовой ситуации. Активизация и характер механизмов психических защит определяются не только психотравмирующей значимостью события преступления или процессуальным положением того или иного участника уголовно-правового конфликта, но и в немалой степени - психической толерантностью индивида к критическим ситуациям. Психику потерпевших, подвергшихся изощренному насилию, нередко спасает от реактивного психоза защитная реакция типа "вытеснения", а механизм "идентификации" парадоксальным образом избавляет потерпевших от страха перед преступником - насильником или убийцей. Под влиянием панического страха, вызванного угрозой для жизни, жертвы нападения идентифицируют себя с насильником, то есть проявляют к преступнику псевдосимпатию, псевдосочувствие и даже иногда оправдывают после своего освобождения их жестокость. При этом жертвы могут неблагоприятно отзываться о тех, кто их освободил (так называемый "стокгольмский синдром"). В тех случаях, когда невозможно полностью устраненить тревогу, психические защиты ищут способы ее смягчения и адаптации субъекта к сложившейся новой ситуации. С этой целью механизмы психической защиты (вытеснение, изоляция, отрицание и др.) осуществляют процессы частичного или полного удаления из активного осознания субъекта (в пределах вменяемости) юридически значимой информации, связанной с совершенным преступлением. Причем, психологические защиты интуитивно (опережая сознательное логическое осмысление субъектом опасности) "укрывают" в области подсознательной психики наиболее важные фрагменты информации. Термин "сопротивление" используется для обозначения механизмов противодействия переводу подсознательных психических переживаний в сознательные. Принято выделять три типа проявлений сопротивления: а) открытая борьба, когда субъект в тревоге наотрез отказывается от дальнейшего обсуждения темы, подозревая, что его вводят в заблуждение; б) защитные эмоциональные реакции, при которых субъект стремится смягчить страх и тревогу перед расследованием. Этими эмоциональными реакциями он стремится склонить на свою сторону, вызвать к себе сочувствие и даже симпатию дознавателя, следователя, судьи. Субъект надеется, что установив таким образом "личные" отношения, он сможет повернуть ход расследования и рассмотрения его дела в суде в благоприятную для себя сторону, а в случае осуждения свалить вину на неправильное расследование и на необъективность, несправедливость суда; в) защитные внутренние запреты и уклонения, при которых сопротивления-запреты представлены в виде различного рода блокировок психических процессов, что приводит к непродуктивности мышления (непониманию смысла и значения), затруднениям памяти (забыванию, смещению событий и др.), повышает пассивное внимание в ущерб активному. Сопротивления-уклонения субъекта проявляются также в неожиданных заявлениях, интерпретациях актов, выводах и умозаключениях, которые не имеют логической основы, не вытекают из контекста расследуемого уголовного дела и противоречат одно другому. Каждый из этих условно выделенных типов сопротивления имеет большое многообразие переходных вариантов индивидуального исполнения. Понятийное поле сопротивлений и психических защит граничит с областью симулятивных невротических реакций. Дифференциальная диагностика симуляции невротического уровня (в пределах вменяемости) от психических защит и сопротивлений практически не поддается даже экспертному криминально-психопатологическому разграничению. На практике перевод вытесненного или изолированного юридически значимого переживания из подсознательного уровня психики субъекта в активное "рабочее" состояние является процессом чрезвычайно тонким и хрупким. Для его эффективного осуществления необходимы специальные навыки и соблюдение определенных правил. В качестве примеров функционирования разных психических защит ниже представлены специально подобранные диалоговые (между субъектом и специалистом по криминалистической психопатологии) фрагменты из конкретных уголовных дел, получивших широкую известность в связи с гомицидальными одиночными и серийными убийствами. ................ 4.1. Виды психических защит.......1) Вытеснение (репрессия): Вытеснение является основным видом психической защиты, механизм который переводят психотравмирующее переживание субъекта из активной в неактивную сферу сознания. Все нижеописанные механизмы защит, являются его подвариантами, модификациями. Наиболее частыми пусковыми психотравмирующими факторами, активирующими механизм вытеснения, являются страх перед смертельной угрозой при опасениях неизбежности ее осуществления (неизлечимая болезнь, угрозы криминального характера), а также обстоятельства, связанные с переживаниями унижающего стыда или оскорбленного самолюбия и др.. Субъект не воспринимает психотравмирующий факт, как конкретную реальность, имевшую место в его опыте. Вытеснение трансформирует связанные с ним события и обстоятельства из позитивной формы отражения в их копию - негатив. А его субъект довольно искренне не признает как имевший место факт. Механизм защитного вытеснения может полностью исключить из памяти потерпевших факт перенесенного тяжелого насилия. В криминальном контексте широко распространено вытеснение враждебности, вызванной мотивами зависти, ревности, честолюбия, мести или беспредметной неприязнью. В таких случаях механизм вытеснения включается, когда враждебность достигает выраженности, угрожающей потерей контроля и инстинктивным импульсом. У субъекта возникает страх перед невозможностью удержаться от импульсивной разрушительной агрессии. Процесс вытеснения происходит по принципу непроизвольно-рефлекторной реакции "расстворения", после которой та или иная враждебность тут же "забывается", но не уничтожается. Она погружается в круг неактуальных внеситуативных переживаний и пребывает там как взрывоопасный аффективный комплекс. Этот комплекс, оторванный от личностного целесообразия, сохраняет тенденции к накоплению, разрядке, высвобождению. Поэтому он продолжает находиться под контролем и давлением энергий вытеснени. Этапы развития тревоги, враждебности, их вытеснения, а затем иррациональные, противоречащие здравому смыслу аффективно-гомицидальные разрядки отчетливо прослеживаются на примере гомицидальных убийств. ....................................2) Отрицания: Этот защитный механизм игнорирует психотравмирующие аспекты реальности, субъекты активно отрицают серьезность юридической ситуации, в которой они оказались, отрицают отдельные юридические факты, не допускают мысли о неблагоприятных для них последствиях: "Это ничем мне не грозит". ...........................................3) Проекция: работа защитного механизма направлена на отрицание и вытеснение субъектом собственных аморальных, асоциальных желаний, влечений. Субъект приписывает их окружающим. В криминальной ситуации, например - при изнасиловании, субъект приписывает потерпевшим - проецирует на них - свои желания, цели и мотивы, что помогает ему преодолеть борьбу мотивов и решиться на преступное деяние. Собственную вину субъект отрицает и перекладывает ее на потерпевших. * * * ( в диалоге имеет место сочетание феноменов Отрицания и Проекции) - Да... Я не уверен, что я мог ее изнасиловать. - он нерешительно усмехнулся и без уверенности в голосе произнес, Ну не могло такого быть. Первая хоть выглядела нормально. А эту я как увидел... То есть, когда к ней я зашел, я лица ее н-не запомнил даже. Можно сказать, не видел. А когда я ее фотографию увидел в милиции, у меня к ней такое отвращение появилось, какая-то злоба, что такую уродину я мог изнасиловать. Обычно насилуют-то красивых таких. А тут какая-то .... и я ее н-н-на... как говориться, на нее встал. Н-не - м-может этого быть. + Не может быть, но как все-таки произошло?- Да нет, вряд ли я ее изнасиловал. Я не мог. Не помню, что она говорила. Совершенно как глухонемые были. То есть я не помню, что бы я ей что-то говорил. Помню какой-то голос звучал такой... приятный, зовущий, он продолжался минуту - не больше. Когда я вошел, то есть, я видел силуэт этой женщины, лица я ее не разобрал. Оно как-то размазано было, то есть не видно... + Ты ведь сразу, когда тебя задержали, рассказывал, что потерпевшая показалась тебе красивой девушкой. - Не помню. Может быть говорил... Я разрезал веревки, которыми перед этим ее связал... я видел лицо, но не этой, которую видел в милиции, а совсем какой-то другой женщины. Лицо было совсем молодое. + На кого похожее? - На лицо молодой девушки. Я с ней познакомился раньше. Вот на нее очень похоже. Потом оно вроде исказилось....Я не помню, чтобы я с ней совершал акт. Я помню только, как разрезал эти веревки. Тогда она представилась мне молодой. Я видел ее лицо никакое не морщинистое... Молодое лицо... Потом это лицо в какой-то гримасе исказилось...Такое неприятное...Вот я и накинул тряпку на него... ..................................4) Изоляция (отчуждение события)......... Часто встречается у субъектов, совершивших тяжкое преступление в условиях неочевидности. Событие преступления как бы "зашторивается" в сознании субъекта. Оно не забывается, однако лишается своей адекватной эмоциональной оценки, поэтому и не тревожит его. Ассоциативные связи с событием преступления подавляются (тормозятся) и психотравмирующая информация, связанная с событием преступления, не подвергается критической оценке субъекта, который производят впечатление внешнее "безразличного" к совершенному убийству. Нередко за внешней бесстрастностью субъекта прячется эмоциональное "жало" вины, которое можно достичь, преодолев изоляцию путем восстановления его ассоциаций. В таких случаях изолированное переживание вины актуализируется в признательных показаниях, сопровождающихся выраженной аффективной разрядкой и покаянием, нередко в момент, неожиданный как для субъекта, так и для следствия. * * * - Когда я уже убивал со мной происходило что-то. Какая-то апатия. То есть я-а-а не соображал, что я делаю, я просто уходил, а когда приходил домой, когда уже осознавая то, что у меня случалось, сначала я гнал эти мысли, а потом как-то по нарастающей опять начинала все это опять начинало восстанавливаться. То есть я опять готовился к соверш... Ну вот, между эпизодами, вот, я опять как-то сначала... Я старался... Ну, когда первое произошло, просто я не поверил. Потом, второй раз когда, вот, произошло. Второй раз я тоже в это не поверил. Почему? Я объясню. Во-первых, э... Это нигде не прошло. То есть я по ориентировкам этого не видел. Значит я мог.. Я подумал, что мне это все приснилось. Вот. Тогда со мной произошло вот это. Второй случай - я испугался, но не осознал, что я это сделал. То есть я полностью не мог. Не смог осознать, что это действительно сделал я. И вот, когда третья жертва появилась, когда я это сделал. Куда мне было идти? Идти к вам? У меня двое детей. Все! Это сейчас могу говорить как на духу потому что я потерял все...........................................5) Рационализация: защитная позиция субъекта, которая с одной стороны "логически" псевдооправдывает совершенные ним преступления социальной необходимостью, а с другой скрывают (и для самого субъекта) их истинную мотивацию. Так серийный гомицидоман-убийца несовершенолетних в свое оправдание привел довод, что они беспризорные, а потому никому не нужны. В другом случае субъект называл себя "санитаром" общества. В данном фрагменте имеет место сочетание рационализации, проекции, сопротивления + Помнишь ты говорил, что люди, которые к тебе приходили они были не нужны обществу?- Ну правильно, да. Не нужны. Точно не нужны. Вот Сидоров (один из потерпевших) уже прожил жизнь, ему 54 года, он бомж, ничего не умел делать. + Кому он был в тягость ? - В тягость людям, пугал людей... по нему только тюрьма... + Так, что ты выполнил... Ты как бы чистильщик ? - Теперь там живут порядочные люди в его квартире. Я как-то заходил, интересовался. Мне не открыли дверь. Я ничего. Хотел только поинтересоваться кто там живет. + Тебе нужно разобраться во всем и в себе, хотя бы для того, чтобы ты смог как-то построить свою защиту. - Защиту уже бесполезно. Человека убил я знаю. Я, можно сказать, как санитар, чтобы не нужных людей уничтожать. + Все-таки, когда ты сейчас говоришь, что ты как-бы был санитаром общества , как-бы убирал людей, которые не нужны никому. Ты говорил, что они приходили к тебе на смерть. - Они хотели у меня ...умертвить... (искажение речи - как проявление подавления) + Умереть? Что бы ты их умертвил? - Да. Я так думаю. Так думаю. + Приходили как в последний раз? - Последний раз отдышаться. + Получается, что ты за них делал то, на что они были не способны, у них не хватало моральных сил с собой покончить. Так я понимаю? - Да. точно. Это правильно. + Тогда второй вопрос в связи с этим. Ты чувствовал себя правым и у тебя не было чувства греха. Ты считал, что делаешь с ними то,чего они сами хотят? - Я ходил за П. очень много раз молился в церкви. Я ездил в Никольскую церковь, ставил свечи, молился. ..................................................6) Смещение: защитный принцип заключается в том, что субъект переводит преступный интерес с одного объекта на другой, который становится более приемлемым эквивалентом или заменителем первичного. Нередко наблюдается у субъектов, склонных к гомицидальному насилию, когда объектом агрессивного влечения на какой-то период времени становятся животные (кошки, собаки). В приведенном ниже случае субъект после первого убийства человека с расчленением и антропофагией (поеданием человеческих органов) в течение длительного времени убивал, расчленял кошек, употреблял в пищу их мясо, а затем вновь совершил несколько убийств людей, аналогичных первому убийству. + Говоришь, что ты выполнял желание твоих знакомых умереть. А с кошками? Ведь рассказывал, что возбуждал, лизал их половые органы, чтобы доставить им последнее удовольствие. Себе доставлял последнее удовольствие и им. Я правильно тебя понял? - Да-а. + Что значит последнее удовольствие? - То есть я человек, который им сделал приятное. Они знаете, что даже делали... Вот я приведу, например, к Даше (любимая кошка, которая постоянно жила в доме). Даша начинает гонять новую кошку или кота по всей квартире, понимаете лишний. + Ревновала? - Конечно ревновала. + Сначала ты их прикармливал, угощал, но точно знал, что кончится тем, что ты их будешь "разделывать"? - Да, да. + То есть, как ты говоришь " давал им последнее удовольствие". - Да, да. В том то и дело. Кошек, которых приводил, я 2-3 часа держал. Я взял у тети Гали. Такой большой кот был. Он ей мешал жить. Она мне сказала, чтобы я взял его, чтобы она не видела. Потому что усыплять очень дорого, и я взял этого кота. Всю ночь он под батареей сидел. Утром я проснулся. Он не ел, не пил. Я его ну... Так немножко так, это самое, полюбил. + Что значит полюбил? - Он шипел.... не хотел. + Полюбил - это трогал за половые органы? - Да. Да. Да... + Ну, расскажи конкретно, что делал? - Ну-у-у хотел потрогать. + Пробовал у него органы. Смог возбудить его? - Нет он шипел. + Он отбивался? - Да, потому что Даша там была. + И ты решил, что пора его кончать? - Да. Всю ночь у меня под батареей сидел. + Как тебе удалось его заловить. Кошку схватить и с ней, что-то сделать очень сложно. - У меня на кухне лежала большая палка такая. Я ударил кота по голове, Он потерял сознание и потом уже можно было легко его. Как хотите. Я его в таз положил, а потом уже отрезал ему голову. + Чем отрезал? - Ножом, да. Большим ножом отрезал ему голову, а потом лапки отрезал, потом взял его вот так. Ну как зайца. + Как с зайца шкуру сдирают. Приспособление такое на доске? - Нет к стенке. На вбитых гвоздях. + Так стенка же в крови. Как же так. - Я потом подтирал тряпкой. Ничего страшного. + А куда кровь стекала? - В ванну. Я потом смывал все. + Когда отрезал голову коту, кровь собирал в таз? - Нет, все уходило в ванну, холодной водой я все промывал. Потом резал ножом, вытаскивал оттуда кишки, печень, желчь, легкие доставал, сердце доставал. Сердце Даше давал. + А почему только сердце ей давал? - А потом варил, готовил. Не только сердце.+ Даша просила, начинала орать?- Нет, она ходила, только смотрела как я делаю. Прямо на газетку давал ей сердце, легкие. Она так прямо сырое ела. Шкуру сниму, положу в таз. Шкурки я заворачивал в полиэтиленовый пакет. Голову иногда распиливал полотном.- А зачем голову распиливал?+ Доставал оттуда мозги, язык. Язык доставал.- Мозги зачем?+ Варил. Варил в ковшике мозги, солил.- Для себя или для Даши?+ Для себя, в основном.- Они чем-нибудь отличаются от человеческих?+ Я человеческие не пробовал. Человеческие не пробовал.- Человеческие головы распиливал? + Нет, не распиливал. - Пробовал кошачью кровь? Некоторые пьют кровь - считают, что кровь придает силу, бодрость, энергию. + Нет, не пробовал. Почему то мне н-н-не нр... у Б. я попробовал кровь. Кровь попробовал. Она сгустками. Сгустками на кухне. - А горячую, когда течет? + Нет, не пробовал. Я попробовал, когда сгустками. К-как. Как трава. Как горькая трава. Шурку складывал, заворачивал в полиэтиленовый пакет, а дальше? - Выносил в мусорный контейнер. Зачем так долго с ней возился, чтобы потом просто выбросить? - Почему долго. Достаточно полчаса. Шкуру я снимал за полчаса. + Ты разрезал как хирург-анатом или просто как мясник?- Нет. К-как мясник и как хирург. Я смотрел внутренности. + Бывало так, чтобы сердце еще билось? - Нет. У меня одна кошка была очень больная. Знаете в чем дело. Я ее принес. Сдавал бутылки. Она сидела на ящиках. Ну-у-у... + Чем она тебе приглянулась? - Красивая. Более-менее хорошая кошка. Я принес. Так, Тузик (также некоторое время жил в доме) ее тоже начал гонять по всей квартире.+ И, что же ты сделал?- Я ее в ванну закрыл. Так, она в ванной сидела полчаса. Ей не понравилось и в комнату пошла, легла на диван. Так, Тузик ее опять начал гонять.+ Чем это все кончилось?- Я думал. Ну, что?+ Пришлось ее тоже...- Да. я ее палкой ударил. Когда ударишь палкой по голове она, теряет сознание. Одного удара достаточно, а потом ножом. Извините это глупо.+ Но это жизнь. Реальность.- Н-не хватало де... Ни каких денег не хватало.+ Ее также разделал, на тех же гвоздиках. Шкуру выбросил?- Все выбросил.+ Не пробовал их хоронить?- Нет. Я хоронил своего Пуса кота. Я назвал его Пус.+ У тебя были Даша, Тузик и еще Пус?- Он маленький был. Он обделал мою работу специально. У него был день рождения , исполнилось 3 месяца. Он нагадил прямо на мою работу.+ Какую работу?- Гнездо, где все мои кошки сидели.+ Сам придумал такое сооружение.- В одной книжке про кошек и собак прочитал. Там рассказывалось как можно сделать.+ Оно смотрится как трон. Мог бы на продажу такие делать, имел бы деньги хорошие.- Нет материал, трудно достать.+ Ты как человек верующий по-божески хоронил бы котов.- Пуса похоронил. Я завернул, задушил его тряпкой. Он стал пищать, я отнес его в ванну и засунул в рот тряпку.+ Как подвесил его, за шею что ли?- Нет, за лапки. Он стал кричать. Я и засунул ему в рот тряпку. Он задохнулся. Он маленький был. Я его кормил таблетками.+ Какими?- Паркопаном, он сьест и возле еды упадет и лежит валяется............................ ............ 7) Расщепление: защитный механизм, который создает у субъекта переживание раздвоения личности: на "плохую" и "хорошую". "Плохая" соединяет в себе темные асоциальные влечения, злобу и толкает на преступное насилие. Довольно частая защитная реакция у субъектов, совершивших гомицидальное насилие. * * * Докт... доктор, неужели я.. Ч- Чи-Ч... Чик... Чикотило, неужели я Чикотило? У меня даже сейчас, сейчас какое-то раздвоение, как-будто это я... я и не я, как-будто во мне сразу два человека. И тогда тоже. И сейчас второй надо мной злорадствует. Как-будто во мне сразу два человека. Сейчас он меня как-будто останавливает: не рассказывай ничего. Вы мне верите? Он как бы навязывал мне свое мнение - все равно. Понимаете, он как бы завладевал. Когда я говорил: нет, он все равно давил, давил, давил...+ Это было больше в мыслях, в голове, в теле?- Начиналось все через голову. Я, например, когда договаривался с жертвой, говорил про себя: "Мне это не надо". А он говорил: "Нет, тебе это надо". Голова начинала как бы сама расширяться. Такое ощущение, что она разъезжается, раскругляется. Какое-то вещество тебя заполняет, как бы дает тебе дурение, что ли. Не хочешь, а тянешься! Ты отпихиваешься, а оно тебя заволакивает, заволакивает, заволакивает. ...........................8) Регрессия: защитное полное или частичное возвращение субъекта к поведенческим стереотипам адаптации, своественным его более раннему возрасту. Они проявляются в речи: слова произносятся детским просящим или капризным голоском, коверкаются простые слова при уверенном произнесении более сложных. В поведении бросаются в глаза неадекватная возрасту ребячливость, бестолковость, обезьянничание. Регрессия может проявляется также в упрощении, примитивизации оценочных представлений. Субъект делит все имеющее отношение к конфликту только на "плохое" и "хорошее", не различая деталей обстоятельств, индивидуальных личностных особенностей участников конфликта. Упрощение формирует и типы агрессивности Принято делить ее на локальный и генерализованнный типы. При локальном - агрессивно воспринимается только тот человек (фрустратор) с которым субъект состоит в конфликте. В случае генерализации субъект причисляет к недоброжелателям и всех окружающих каким-либо образом связанных с основным фрустратором. Агрессивность может быть косвенной (в виде распространения слухов, сплетен) или прямой (физической). Возможен вариант и смещенной агрессии, когда в ярости на фрустратора, субъект с топором нападает на случайного прохожего. Регрессивные защитные реакции могут при резких психотравматических обострениях достигать глубины реактивного психоза (пуэрилизм, синдром Ганзера, синдром "одичания"). * * * Ж., 1971 года рождения, Обвиняется в том, что в течение 1993-1994 годов совершил серию изнасилований мальчиков. В сентябре 1994 года напал на малолетнего К., душил его, совершил с ним насильственный акт мужеложства, а затем ввел руку в задний проход и вырвал часть кишечника, причинив потерпевшему тяжкие телестные повреждения. Впервые разговор с ним состоялся через несколько часов после его ареста. Несмотря на ошеломление, вызванное задержанием, он производил впечатление холеного, самоуверенного, кокетливого - с томными глазами - покорителя тел. однако уже тогда опытный глаз мог рассмотреть признаки врожденной, а по жизни закрепившейся психической незрелости. Вторая встреча с ним произошла через полгода во время дополнительной психиатрической экспертизы, перед предъявлением ему обвинения. Он стал неузнаваем. Стали уродливыми голос, лицо, фигура. Полгода пребывания в тюремном изоляторе привели его в состояние близкое к так называемому синдрому "одичания". Надзиратель ввел сгорбленную, прозрачную тень человека. Казалось, что в сгорбленном теле уже не осталось нравственных сил и морального смысла для поддержания двуногой стойки и оно вот-вот станет на четыре лапы. Опустится, чтобы больше никогда не подняться, и его человеческая речь - отрывистая, временами нечленораздельная - перейдет в подлаивание, скуление и когда-нибудь станет писком в пустой телестной оболочке. В том, что раньше было храмом души. Так выглядит психическая и социальная смерть. * * - Я боюсь, боюсь всего... + Я понимаю тебя.- Боюсь закрытой больницы, боюсь уколов, стать дураком боюсь. + Я сейчас специально с тобой разговариваю, чтобы привести все это в порядок. Все-таки, скажи пожалуйста, когда ты ввел руку в кишечник мальчика, для тебя это было что-то новое? Что ты испытывал? - Вы поймите тоже меня. Я боюсь!+ Что все-таки тебя в этом привлекало? Тепло, запах...- Вы знаете, в какое положение вы меня ставите?+ Я пытаюсь, чтобы ты выглядел человеком.- Вы не думайте, что именно, вот, вы. Вы говорите: это общество... Это не главное, что че...чел... Человек имеет напротив, что... Кто с ним разговаривает, имеет общее. Гарантия какая-нибудь должна быть! Этот человек, которого вы спрашиваете, что он будет цел...н-не поврежден... + Единственные мои гарантии в том, что я могу представить тебя как человека. - Вы понимаете, что этот человек все знает, - продолжает он плачущим без слез голосом ребенка. -... он пронес все на себе, вы понимаете? Гарантия какая, что он будет цел, что его никто не будет трогать, что он останется тем же какой я и был? Его нервы... Вы знаете, что и его можно сделать и нормальным, можно сделать и психическим. Его можно сделать и калекой, можно сделать. Гарантия, г-де-е, скажи-и-те мне, по-ожалу-у-йста? Где гарантия? У меня есть мать родная. Я ее никогда не забуду. Есть мать родная и кто-то должен отвечать за эти проступки, которые сделали - за все это... + У тебя есть свои проступки, из-за которых ты здесь! - Есть и мои проступки. + Вот ты давал 8-9-летним мальчикам по пять тысяч рублей после насилия минетом, помнишь?! (Наступила продолжительная пауза, которую он прервал уже более спокойным голосом.)- Вы...Вы над...+ У тебя есть тоже проступки. Так, давай уж...- Мы разговариваем про эти проступки... но есть... есть рядом эти проступки.. (И словно вспомнив что-то, вновь затянул):- У вас м-мама потом приедет и сп-р-о-сит...+ Послушай, давай перейдем к делу. Потому что плакать мы здесь можем вместе сколько угодно. А дело у тебя очень серьезное. (Заметно успокоившись, он и меня стал успокаивать):- Вы только не сердитесь.+ Так расскажи, пожалуйста, зачем ты ввел руку в кишечник?- Рас-сказа-ать? Он выдержал паузу, наклонился через стол и отчетливо выговаривая слова продолжил:+ Когда человек пси-хи-трический, он может взять неожиданно вещь и ударить человека. Это как можно... как врач может объяснить?- Когда ударить, это всем понятно. А вот, зачем?+ Это одно и тоже.- А вы не сердитесь!+ А я и не сержусь, - миролюбиво заметил я.- Гарантия какая-нибудь должна быть! Этот человек, которого вы спрашиваете, что он будет цел. Н-не поврежден. + Единственные мои гарантии в том, что я могу представить тебя как человека. - Вы понимаете, что этот человек все знает, - продолжает он плачущим без слез голосом ребенка, - он пронес все на себе, вы понимаете? Гарантия какая, что он будет цел, что его никто не будет трогать, что он останется тем же какой я и был? Его нервы... Вы знаете, что и его можно сделать и нормальным, можно сделать и психическим. Его можно сделать и калекой, можно сделать. Гарантия, г-де-е, скажи-и-те мне, пожалу-у-йста? Где гарантия? - У меня есть мать родная. Я ее никогда не забуду. Есть мать родная и кто-то должен отвечать за эти проступки, которые сделали - за все это............................................ 9) Компенсация: характер деятельности, когда субъект восполняет недостатки своих способностей в одной области успехами в другой. Физические недостатки компесируются успехами в интеллектуальной сфере. Так слабый, хилый самоутверждается достижениями в шахматах, учебе и ,наоборот, трудности в получении образования, профессии нередко компенсируются достижениями в физическом труде. * * * - Начал ходить по парадным. У меня не первый случай был,-.... когда меня задержали. Это был уже не первый мальчик. Но, правда, со всеми остальными, которые были до него, у меня было только - я раздевал, смотрел и трогал. Мне уже, к тому времени встречались многие мальчики. Многие начинали плакать, что, именно, я их раздел. Один заплакал. Потом спросил, вы что - врач? Я говорю, да, врач. Он успокоился. Я так его потрогал и больше ничего с ним не делал. Потом сам разделся, показал ему. Попросил потрогать, он потрогал, удовлетворился и пошел покупать ему мороженое. (С усмешкой). Во время второй отсидки я, в общем-то, думал только о том, чтобы скорее освободиться и увидеть хотя бы, а тем более поиметь контакт.+ Как у тебя складывались отношения с ребятами в школе?- Ну, то что они, например, могли хорошо учиться, то, что меня постоянно отец упрекал этим, "смотри они хорошо учатся, не хулиганят, не бегают", а ты вот такой - сякой. Все в классе плотно дружно друг с другом жили, а я как-бы отошел от них, не нашел контактов с классом. + Доставляло удовлетворение, что, если они у тебя выигрывают в том, что лучше учатся, примерные, но зато ты....- /перебивает/ Но зато у них нет мальчиков! Я в детстве был хилый, плакал часто, впечатлительный такой... Мать, отец мне часто говорили - "тебе бы девочкой быть........................................... 10) Гиперкомпенсация: механизм психической защиты, направляющий на достижение успеха в той области способностей, которая дефектна. Например, физически слабый подросток упорно тренируется в силовых видах спорта и становится чемпионом по поднятию тяжестей или в боксе. Робкий и застенчивый выбирает профессию, требующую необычайного мужества. Боязливый на публике может совершать отчаянные поступки. * * *+ Ты не помнишь от чего появились такие желания. Такое чувство стать идеальным?- Не идеальным, а сильным. В основном по книгам, фильмам, например, три мушкетера.+ По жизни ты все-таки чувствовал себя ущемленным?- В основном да. Драться я не умел потому что бабушка учила:" Ударили - лучше убеги"+ Ты пошел на эту работу из-за формы?- ( задумался) + Можно я выскажу предположение?- Да. + Место работы удобное, люди перед тобой, доступ к жертвам? То есть доступ к женщинам ?- Ну, мной больше руководило не это. Наверно, больше. Я одел форму всего для того, чтобы... потому что драться я не умел. Какое-то самоутверждение. Вот, я стал выше тех моих обидчиков, которые меня, когда-то обижали. Что теперь не мне их бояться, а они меня будут бояться.+ Тебя в детстве больше обижали мальчики или девочки?- Девочки иногда обижали......................................... 11) Идентификация: защита, когда субъект строит свой образ адаптации на основании принятия психических и социальных характеристик другого человека более удачного типа, чтобы преодолеть чувство неполноценности или одиночества. Идентификация может быть не только с отдельным человеком, но проявляется и в виде приобщения к той или иной общественной организации. Выделяют вариант "идентификация с агрессором", когда субъект, охваченный страхом, оправдывает поступки человека, которого боится - "стокгольмский" синдром




Иванов В.И.  Психические защиты и сопротивления у  лиц совершивших гомицидальные насилия и убийства, их распознавание и преодоление. ПРАКТИКУМ ПО КРИМИНАЛЬНОЙ ПСИХОПАТОЛОГИИ. CПб., 2002. 64 с....ББК 56.14+ 67.52я73   С-Петербургский юридический институт Генеральной прокуратуры Российской Федерации, 2002. (ЧАСТЬ 1)....  На материалах  судебно-психиатрического исследования лиц с пограничными психическими расстройствами в пределах вменяемости,  совершивших гомицидальные убийства, показаны особенности механизмов психологических защит и сопротивлений в  уголовном судопроизводстве. Практическим материалом, использованным для развития у работников следствия и суда  навыков распознавания психических защит и преодоления психических сопротивлений, являются диалоги между  экспертом-психиатром и подэкспертным, которые представлены в текстах, составленных на основе аудиозаписей  бесед.Проанализированы психотравмирующие факторы, специфические для ситуаций, возникающих в процессе  судопроизводства. Эти психогенные факторы объединены в данном исследовании  понятием "юридическая психическая  травма". На основе выделенного понятия рассмотрены особенности различных реактивных  механизмов психических защит,  диагностика которых доступна работникам следствия и суда в процессе опроса, опроса и иных следственных действий.
ВВЕДЕНИЕ. Криминально-психопатологический  анализ показаний субъектов, совершивших одно или серию  сексуально-гомицидальных убийств, выявил наличие в их высказываниях различных психических (*) защит (вытеснение,  изоляцию, отрицание, проекции, расщепление, идентификацию, рационализацию и др.) и сопротивления. Механизмы  психических защит представляют собой индивидуальные стереотипные малодифференцированные психические процессы,  которые призваны интуитивно поддерживать гомеостаз психических систем индивидуума. Психические защиты функционируют  у каждого человека с детства. Их механизмы уравновешивают или "держат взаперти" необозримое многообразие  приобретенных за время созревания и в зрелом возрасте сознательных и неосознанных микро- и макроконфликтов, неврозов.  Стрессовое воздействие криминальной ситуации существенно изменяет психическое состояние ее участников, нарушает  устоявшийся баланс психических защит и сопротивлений, видоизменяет их содержание.
       Лица, вовлеченные в орбиту уголовного судопроизводства также претерпевают психические дизрегуляции в виде  простого бепокойства из-за повестки, вызывающей к следователю в качестве подозреваемого, потерпевшего, свидетеля или  испытывают  страх, тревогу во время различных следственных действий или в суде. Выраженность психогенных психических
расстройств, связанных с судопроизводством, представлена  широким клини ико-диагностическим  диапазоном: от  невротических расстройств , декомпенсации психопатий ( в пределах вменяемости) до состояний невменяемости при  реактивных психозах
Юридическая ситуация обладает мощным психотравмирующим потенциалом, который в разной степени воздействует на  психику участников уголовного процесса. Большинство из них претерпевают психические дизрегуляции в виде простого  беспокойства из-за повестки, вызывающей к следователю в качестве подозреваемого, потерпевшего, свидетеля или  испытывают страх, тревогу во время различных следственных действий и в суде.
Выраженность психических расстройств, обусловленных этим типом психотравмы, представлена широким  клинико-диагностическим диапазоном от невротических расстройств, декомпенсации психопатий (в пределах вменяемости) до  состояний невменяемости при реактивных психозах. В старину реактивные психозы, развившиеся в связи с воздействием  юридической ситуации, чтобы подчеркнуть ее психотравматическую роль, называли "тюремными психозами". В широком  смысле реактивные психозы также являются проявлением психической защиты. Они возникают в периоды обвинения или  осуждения в виде реактивной депрессии, псевдослабоумия, истерического сумеречного помрачения сознания и других  реактивных состояний. Однако в этих случаях тяжелая психотравма подавляет все социально-личностные механизмы защиты  субъекта, провоцируя оживление примитивных психобиологических архетипов поведения. Их крайняя степень выражается, в  частности, в виде "синдрома одичания". Субъекты в таких состояниях изображают животных: передвигаются на четвереньках  как обезьяны, машут руками как птицы крыльями, лают, лакают еду прямо из миски, разрывают пищу руками, воют и т.п..
В душе каждого человека хранится множество личных "тайн", любая из которых потенциально может стать клинической   основой  тяжелого  невроза   или предпосылкой расстройств личности.  Они существуют в виде исполненных запретных  желаний, влечений или хронически  пребывают  в виде  несбыточных  (благодаря  действию личностно-социального контроля  и механизмов психической защиты) криминальных фантазий. Специфика юридической психической травмы проявляется и в  том, что психотравмирующие воздействия в уголовном процессе существенно отличаются от психотравматизации в  гражданском судопроизводстве. Это обусловлено особенностями процессуального положения подозреваемого, обвиняемого,  свидетеля. В уголовно-правовой ситуации закон предоставляет следствию право исследовать в качестве обстоятельств дела  сведения, составляющие вне уголовно-правового конфликта тайну личной жизни участников уголовного процесса. В  гражданском процессе этот психотравмирующий элемент присутствует также, но более скрыто и  опосредованно.Психотравмирующие факторы, обусловленные юридической ситуацией, многообразны и пронизывают все  этапы и стадии судопроизводства. Поэтому их совокупность целесообразно объединить понятием "юридическая психическая  травма".
  Есть все основания считать, что психические защиты наиболее проявляются при убийствах, особенно в связи с  гомицидальным насилием, как преступлений  обладающих наиболее выраженным стрессогенным воздействием. Психическую  струк­туру гомицидального поведения и гомицидальных убийств, в частности, отличают выраженная представленность в ней  инстинктивных, а точнее - архетипических элементов, которые находят свое выражение в гомицидальных тенденциях.
Включенность архетипических гомицидальных структур обусловливает специфическое для этого типа убийств внешнее  несоответствие между обыденностью ситуативных мотивов (месть, ревность, сексуальные притязания и др.) и крайней  выраженностью агрессивного ответа на них. Указанная диспропорция говорит о том, что основной психический механизм  гомицидальных убийств функционирует в глубине криминального конфликта, часто недосягаемой без познаний в области  психических защит. Его инстинктивная гомицидальная сущность - мотивация, организующая психическую структуру преступного  деяния, - часто не распознается в процессе судопроизводства, так как маскируется, зашторивается парадоксальным  содержанием той или иной психической защиты.
В первой части данного практического пособия приведены общие сведения о психических защитах и сопротивлениях  применительно к юридической практике.
Во второй части  даны пояснения к различным типам психических защит, которые наиболее часто встречаются в  судебно-психиатрической практике. В третьей - практической - части данного пособия представлены специально подобранные  ситуации из конкретных уголовных дел (получивших широкую известность) по гомицидальным одиночным и серийным  убийствам. Ситуации иллюстрируются аудиограммами диалогов, которые состоялись между субъектом и специалистом по  криминалистической психиатрии во время различных следственных действий (допроса с участием специалиста, проверки  показаний на месте и др.), при проведении так называемых мотивационных судебно-психиатрических экспертиз.
I. ПСИХИЧЕСКИЕ ЗАЩИТЫ И СОПРОТИВЛЕНИЯ
++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++
 Психические защиты основаны на приемах уклонения, избегания, упрощения, размывания, зашторивания  психотравмирующей информации, вызывающей тревогу, угрожающей психическому гомеостазу. Их механизмы архаично  просты и незатейливы, поэтому часто действуют без учета особенностей реалий повседневности - лишь бы снять тревогу и  вернуть психическое равновесие. Такая "безответственность" психических защит оправдана в повседневной житейской  практике. Однако, в интересующей нас юридической ситуации те примитивные психические защиты, которые только  "приглаживают" сложные ротиворечивые обстоятельства, сами нередко усугубляют юридические последствия, препятствуя  адекватному, осознанному разрешению ситуации. Логика упрощенных психических защит нередко искажает показания  участников и этим вольно или невольно деформирует объективную информацию. Кроме того, вторгаясь в процесс различных  следственных действий, психические защиты налагают отпечаток парадоксальности, непредсказуемости и непонятности на  безотчетно-защитное поведение участников уголовно-правовой ситуации.
Активизация и характер механизмов психических защит определяются не только психотравмирующей значимостью события  преступления или процессуальным положением того или иного участника уголовно-правового конфликта, но и в немалой  степени - психической толерантностью индивида к критическим ситуациям.
Нередко внезапное задержание, арест вызвают у одного субъекта полный паралич защитных психических реакций, а у  другого - неадекватно жесткое бескомпромисное психофическое сопротивление. В первом варианте подозреваемый сразу  рассказывает о совершенном им правонарушении и более того - нередко признает свое участие в преступлениях, которых не  совершал. Во втором, чаще встречающемся варианте, субъект впадает в состояние "отрицания" или "изоляции" (названия  вариантов психических защит). В соответствии с механизмами указанных защит он подсознательно игнорирует мысли, эмоции,  связанные с преступлением, сопротивляется попыткам анализа его событий и обстоятельств.
В дальнейшем, несмотря на очевидность участия субъекта в совершенном преступлении, подобные сопротивления  закрепляются в его сознании, становятся хроническими, создавая тем самым немало проблем в процессе доказывания и  обвинения. Психику потерпевших, подвергшихся изощренному насилию, нередко спасает от реактивного психоза защитная  реакция типа "вытеснения", а механизм "идентификации" парадоксальным образом избавляет потерпевших от страха перед  преступником - насильником или убийцей. Под влиянием панического страха, вызванного угрозой для жизни, жертвы  нападения идентифицируют себя с насильником, то есть проявляют к преступнику псевдосимпатию, псевдосочувствие и даже  иногда оправдывают после своего освобождения их жестокость. При этом жертвы могут неблагоприятно отзываться о тех, кто  их освободил (феномен, названный "стокгольмский синдром").
Применительно к юридической практике принципиальную схему возникновения психических защит и сопротивлений можно  представить в следующей последовательности. Задержание, арест, дознание и любое расследование воспринимаются как  угрожающие и, соответственно, актуализируют тревогу у участников уголовного конфликта.
К тревогам, которые являются наиболее частыми побудителями психических защит, принято относить:а) тревоги,  вызываемые инстинктивной напряженностью (агрессивной, сексуальной, самосохранения, гомицидальной и др.); б) тревоги,  возбуждаемые "нечистой совестью", виной; в) тревоги при реальных гомицидальных угрозах.
Тревога побуждает к активности механизмы, которые призваны блокировать ее или устранить источник тревоги. Механизмы  психических защиты трансформируют невротические переживания, в связи с которыми возникли тревоги и страхи, в формы  или смыслы, приемлемые для личности субъекта. Таким образом, психическая защита возвращает субъекту чувство частичного  или полного спокойствия.
В случае невозможности полного устранения тревоги, психические защиты ищут способы ее смягчения и адаптации субъекта к  сложившейся новой ситуации. С этой целью механизмы психической защиты (вытеснение, изоляция, отрицание и др.)  осуществляют процессы частичного или полного удаления из активного осознания субъекта (в пределах вменяемости)  юридически значимой информации, связанной с совершенным правонарушением и подлежащей расследованию. Причем,  психологические защиты интуитивно (опережая сознательное логическое осмысление субъектом опасности) "укрывают" в  области подсознательной психики наиболее важные фрагменты информации.
   В таких случаях процесс дознания и расследования, в свою очередь, должен быть направлен на обнаружение и перевод в  активную область сознания субъекта юридически значимой информации, скрытой механизмами психических защит. Например,  следователь путем ассоциативно-логических сопоставлений внешне второстепенных фактов, с которыми субъект согласен,  может привести подозреваемого к бесспорному выводу, что мотивацией совершенного им убийства является не корысть, в чем  был искренне убежден субъект, а месть или ревность. Если в процессе обсуждения и правильных интерпретаций фактов и  обстоятельств убийства, которые направляются следователем, субъект начинает осознавать истинную смысловую связь  событий, им начинает овладевать тревога. В этот момент в защитный процесс включаются сопротивления субъекта.
 Термин "сопротивление" используется для обозначения механизмов противодействия переводу подсознательных  психических переживаний в сознательные. Принято выделять три типа проявлений сопротивления:
а) открытая борьба, когда субъект в тревоге наотрез отказывается от дальнейшего обсуждения темы, подозревая, что его  вводят в заблуждение;
б) защитные эмоциональные реакции, при которых субъект стремится смягчить страх и тревогу перед расследованием. Этими  эмоциональными реакциями он стремится склонить на свою сторону, вызвать к себе сочувствие и даже симпатию дознавателя,  следователя, судьи. Субъект надеется, что установив таким образом "личные" отношения, он сможет повернуть ход  расследования и рассмотрения его дела в суде в благоприятную для себя сторону, а в случае осуждения свалить вину на  неправильное расследование и на необъективность, несправедливость суда;
в) защитные внутренние запреты и  уклонения, при которых сопротивления-запреты представлены в виде различного рода  блокировок психических процессов, что приводит к непродуктивности мышления (непониманию смысла и значения),  затруднениям памяти (забыванию, смещению событий и др.), повышает пассивное внимание в ущерб  активному.Сопротивления-уклонения субъекта проявляются также в неожиданных заявлениях, интерпретациях фактов,  выводах и умозаключениях, которые не имеют логической основы, не вытекают из контекста расследуемого уголовного дела и  противоречат одно другому. Каждый из этих условно выделенных типов сопротивления имеет большое многообразие  переходных вариантов индивидуального исполнения.
  Сопротивления могут выражаться в вербальной (словестной) и невербальной форме (мимике, пантомимике,  непроизвольных движениях). Вербальные сопротивления содержатся в высказываниях, отрицающих существование  очевидных психотравмирующих событий, или иносказаниях, пословицах, поговорках, зашторивающих, упрощающих,  размывающих психотравмирующее содержание. Чем нелепей и неправдоподобней выглядит объяснение, тем с большей  уверенностью можно считать, что это - проявление сопротивления. Сам субъект может и не знать о том, что его психика  функционирует в режиме сопротивления. Так субъект, совершивший тяжкое преступление, в период следствия и в суде часто  "не слышит" свой голос, интонации которого незаметно для него стали защитными: детскими, неуверенными, неожиданно  просительными или капризно-требовательными. Другие "сопротивления" мешают вспомнить что-то важное, понять или принять  простейший смысл истины.
 Понятийное поле сопротивлений и психических защит граничит с областью симулятивных невротических реакций.  Дифференциальная диагностика симуляции невротического уровня (в пределах вменяемости) от психических защит и  сопротивлений практически не поддается даже экспертному криминально-психопатологическому разграничению.
На практике перевод вытесненного или изолированного юридически значимого переживания из подсознательного уровня  психики субъекта в активное "рабочее" состояние является процессом чрезвычайно тонким и хрупким. Для его эффективного  осуществления необходимы специальные навыки и соблюдение определенных правил. О них пойдет речь во второй части  пособия. Ограничимся лишь несколькими замечаниями относительно технологии применения знаний о психических  сопротивлениях.
Наличие в диалоге (беседе, допросе) психических сопротивлений является признаком активного и заинтересованного  соперничества, состязательности. Сопротивления можно представить как своеобразные ориентиры, точки опоры в диалоге с  субъектом, которые не позволяют проваливаться в смысловой вакуум. После обнаружения того или иного сопротивления  важно правильно ответить на три вопроса: как ?, чему? и почему ? субъект сопротивляется? Правильная интерпретация и  анализ цепочки психических защит, задействованных обнаруженным сопротивлением,  может  стать вектором, который укажет  на истинный мотив или мотивацию преступления.  В тех случаях,  когда  сопротивления  упорны, косны, однообразны (что  обычно обусловлено  "зависанием" неадекватного  механизма  защиты),  можно  прибегать   к приемам, направленным на   срыв  существующего  механизма психической защиты. Выявление и правильная интерпретация сопротивления позволяет  установить наиболее значимые для субъекта обстоятельства,  связанные  с  правонарушением, необходимые для  формирования у него  новой  установки  к продуктивному диалогу. В этом контексте трудно переоценить важность  распознавания и коррекции механизмов психических защит и сопротивлений для установления причин и обстоятельств  гомицидального преступного поведения при проведении дознания, следственных действий и в суде....II.  ВИДЫ ПСИХИЧЕСКИХ ЗАЩИТ   (Продолжение следует).....см."гомицидология"...Размещен: 04/12/2012, изменен: 04/12/2012. 126k.




   Иванов В.И. ГОМИЦИДАЛЬНАЯ ШИЗОФИЛИЯ. Концепция гомицидологии предполагает существование симбиоза двух гомицидальных доминант,: аллогомицидальной (гр. алло - другой + гомицидальный - смертоносный ) и аутогомицидальной (гр. аутос - сам. + гомицидальный - смертоносный). Аллогомицидальное поведение субъекта направлено на причинение смерти - (психологической, социальной, физической) другим людям. Целью аутогомицидального поведения является причинение смерти самому себе в виде самоистязания, суицида, самопожертвования, эвтаназии и др.(1,2,3) Индивидуальные пропорции алло- и аутогомицидальных соотношений определяются особенностями личности субъекта и проявляются в виде бесчисленного разнообразия сублимаций, преобразующих зло в добро или​, наоборот, добро в зло. Гомицидология изучает извращенные формы симбиоза алло- и аутогомицидальности, возникающие в результате ГОМИЦИДАЛЬНОЙ ШИЗОФИЛИИ (схидзо-разделяю, расщепляю,+ филия - страсть, влечение). Термин ШИЗОФИЛИЯ был введен автором при судебно-психолого-психиатрическом исследовании серийных убийств, совершенных С. (1989-90г.г.)- дело "Электрика. В далеком прошлом было замечено, что нередко убийства совершают те, кто по той или иной причине сами "ищут" (бессознательно жаждут)свою смерть. Так, европейские криминологи в 19 веке описали преступления, когда субъекты совершали убийства, чтобы быть приговоренными судом к смертной казни. Убийцы обосновывали свое самоубийственное (аутогомицидальное) поведение тем, что у них пропал интерес к жизни. Однако они считали "недостойным" или у них недоставало воли покончить жизнь самоубийством. В современном судопроизводстве извеcтны уголовные дела, когда обвиняемые - серийные убийцы - объясняют свои гомицидальные деяния, тем, что в них периодически пробуждается другая личность, которая совершает очередное убийство и исчезает. Указанное диссоциативное расстройство личности включено в международную классификацию психических расстройств (МКБ-10) под названием "расстройство множественной личности" (4). Парадоксальные симбиозы ауто- и аллогомицидальных влечений и их расщепление (филия) формируют основу установки гомицидомана на достижение иррациональных целей ценой своей жизни. В этом проявляется аутогомицидальный (суицидальный)"тупик"для серийных гомицидоманов. Их собственный - "эндогенный"- судья (остатки здорового врожденного нравственного чувства) толкает гомицидоманов, ставших "беспредельщиками", к самоубийственному саморазоблачению -АУТОГОМИЦИДАЛЬНОМУ СУИЦИДУ. Индивидуальные пропорции алло- и аутогомицидальных соотношений определяются динамикой личностностной самоидентификации субъекта и проявляются в виде бесчисленного разнообразия сублимаций, преобразующих зло в добро или,наоборот, добро в зло.Гомицидология изучает извращенные формы рассматриваемых соотношений Алло и Ауто-- так называемую шизофилию (схидзо-разделяю, расщепляю,+ филия - страсть, влечение), то есть симбиоз алло- и аутогомицидальности, возникающие у отдельного субъекта или в группе. (Термин ШИЗОФИЛИЯ был введен в практику автором этой статьи в процессе судебно-психолого-психиатрических экспертиз серийных убийств, совершенных С. (1989-90г.г.)- Повседневность поставляет бесчисленное разнообразие вариантов примитивных ШИЗОФИЛИЧЕСКИХ психосоциальных сочетанных реакций: сексуальность и удовлетворение; страх, агрессия и удовлетворение; агрессия, сексуальность и удовлетворение; сексуальность, неудовлетворение и агрессия; сексуальность, неудовлетворение и страх и т.п.. Например, агрессивный самец-павиан, охраняющий стадо обезьян, в ярости демонстрирует эрегированный половой орган для устрашения врагов. Да и у людей похожий жест не случаен. Агрессивное возбуждение, ярость или выраженный страх могут стимулировать неадекватные примитивные половые реакции и наоборот, что нередко приводит к внезапной потере субъектом антигомицидального контроля, а также фетишистским гомицидальным фиксациям - то есть пристрастию к серийным гомицидальным насилиям и убийствам. Впрочем, встречаются и не столь драматические фетишистские фиксации, а скорее курьезные. К одной из них можно отнести следующее уголовное дело . Пенсионер М., был изобличен в том, что во время поездок в переполненном троллейбусе неоднократно совершал кражи кошельков из сумок пассажиров. Со слов родственников, соседей и сослуживцев М. пользовался репутацией культурного, законопослушного гражданина. В результате судебно-психиатрического экспертного исследования было установлено, что пристрастие к похищению кошельков возникло у М. в связи со стрессом, перенесенным во время одной из поездок в переполненном троллейбусе. Дело обстояло так, что М. сжатый пассажирами, с трудом достал из кармана кошелек, чтобы оплатить проезд. Взглянув на кошелек, он обнаружил, что случайно попал рукой в чужую сумку и достал не свой кошелек. М. испытал ЈжуткийЋ страх, что его уличат в воростве и на высоте испуга, вдруг, ощутил выраженный оргазм, которого у него не было уже несколько лет. После этого происшествия прошло несколько недель и М. стал забывать о невольной краже кошелька. Вместе с тем его все больше стали беспокоить воспоминания о пережитом оргазме и связанные с ним фантазии, навязчивые представления. Стремление вновь пережить оргазм приобрело компульсивный (неодолимый) характер и М. стал практиковать поездки в переполненном общественном транспорте, с целью достижения оргазма, который неизменно у него происходил, когда его рука проникала в женскую сумку и очередной чужой кошелек оказывался в его руке. В другом крайне трагическом уголовном деле С-ко вышеописанная сопряженность страха, оргазма и гомицидальной агрессии, возникшая после перенесенного острого стрессового состояния , стала причиной серии гомицидальных насилий и убийств, криминалистические особенности которых уникальны ( подробно см. ниже). Из вышеуказанных сочетаний гомицидальные насилия и убийства наиболее часто провоцируются следующими схемами развития стрессовых состояний: половое возбуждение, страх и гомицидальное убийство (см. ниже - уголовные дела, в которых автор этой статьи участвовал как эксперт ) или гомицидальная агрессия, половое возбуждение, страх, неудовлетворение, агрессия ; половое возбуждение, агрессия, неудовлетворение, страх и т.п.. У субъектов-гомицидоманов центры агрессии, страха и половых реакций вследствие врожденной или приобретенной недостаточности центральной нервной системы могут пожизненно находиться в состоянии повышенной чувствительности: готовности к гомицидальному реагированию даже на случайные раздражители. .(Продолжение следует).

Сейчас под его мальчишеским носом топоршились длинными стрелами рыжевато-бесцветные усы, которые "буйно" разросшись в неволе,с испугом таращились на "свободу" и как щупальцы-антены, исследовали незнакомую улицу. А беспорядочные рывки его локтей, ежеминутно подтягивавших спадавшие без ремня брюки, напоминали беспомощные взмахи подрезанных крыльев. Так могли философствовать редкие прохожие, не подозревавшие кому безразлично уступают дорогу. Я уже знал, что за этим внешне ничем не привлекательным "мужчиной-подростком" числится серия зверских насилий и убийств. Его    жертвами стали девочки и совсем юные женщины. Поэтому "взмахи" его локтей у меня ассоциировались с тем, что его пальцы "заклинило" на шее очередной жертвы и он безуспешно пытается их разжать. Предполагалось, что гомицидоман и один из детективов займут заднее сидение, а я переберусь на переднее сидение. Однако все неожиданно осложнилось. Один из сыщиков - типичный "прикольщик", подходя к машине, с добрейшей улыбкой кивнул в мою сторону и с ехидцей высказался, обращаясь к Шулякову: " Ты просил дать тебе
возможность поговорить с профессором-сексопатологом? И вот пожалуйста. Ты еще в камере не обжился, а профессор...пп..жалста... уже тебя ждет... Шуляков робко подошел к задней двери, где уже на заднем сидении находился я. Несколько секунд он всматривался в меня глазами больного кролика. Как если бы через боковое стекло ему показалось, что его ждет ангел-спаситель. Я приоткрыл дверь, чтобы выйти и перейти на передне сидение. Неожиданно Шуляков дернул на себя дверь и стал втискиваться на заднее сидение, заталкивая меня вглубь салона. Его руки, сцепленные наручниками, двигались как одна механическая клешня. Его пальцы беспорядочно искали за что бы такое зацепиться, чтобы напрячься и втянуть тело в салон.Когда они почти касались моего лица, мне на мгновенье представилось, что это пальцы известного доктора - маньяка "Лектора". Его ногти, отросшие и коряво обгрызенные на обкуренных до желтизны пальцах, тупо скреблись то по коже моего пальто, то по обшивке сидений. Его пальцы "мертвой" хваткой скалолаза-паука цеплялись за каждый шов или неровность. Так он в несколько приемов - с ловкостью обитателя пещерных лабиринтов - втянул свое тело на заднее сидение.Прополз по моим коленям вглубь салона пока не уперся головой в вещи, оставленное дежурными милиционерами. Детективы, готовые к любым попыткам "побега" из машины, а не в нее, опешили от такой прыти. Они сделали попытку вытащить беглеца за торчащщие ноги. Когда убедились, что из этой затеи ничего не выйдет, затолкали Шулякова еще дальше в глубь салона и захлопнули заднюю дверь, сплющив меня в объятьях Шулякова на заднем сиденьи. В результате он расположился полулежа у меня на коленях, при этом его руки в наручниках хомутом повисли на моем плече. Уже в начале предварительной беседы с ним стало ясно, что мой "попутчик" в своем маньяческом развитии далеко опередил Чикатило. Сейчас Шуляков что-то бессвязано скорее бормотал чем говорил : Докт... доктор неужели я Ч-Чи...Чик...тило. У меня и сейчас какое-то раздвоение ...как-будто во мне сразу два человека ...и тогда тоже... Его глаза, скорее выпученные, чем распахнутые, настороженно держали в своем "прицеле" мое лицо. Малейшую попытку освободиться из его "объятий" он предупреждал порывами шумного истеричного дыхания и воплями. Поначалу я пытался что-то отвечать, ошеломленный неожиданной борьбой с Шуляковым. Однако мое душевное равновесие быстро восстановилось, когда внутренний голос  моего профессионального компьютера стал бестрастно диктовать экспертное заключените о психическом статуте сексуального гомицидомана. А сыщик, который так классно" натравил на меня арестанта, лихо крутил баранку, а другой - "нордический" тип, развернувшись на переднем сидении, как-то одинаково "ласково" (по-хозяйски) посматривал то на убийцу, то на меня, довольно ухмыляясь. Будто говоря : "Во какой у нас кадр".





   КРИМИНАЛЬНАЯ ГОМИЦИДОЛОГИЯ В СИТУАЦИЯХ И ДИАЛОГАХ (часть первая)....(дополнительно:



  Ш.В.А., 1968 г.рожд., женат , имеет двух малолетних детей... Ш.Б.А.после демобилизации работал в органах охраны . Используя форму обманным путем, заводил малолетних потерпевших в лесопарк совершил изнасилования, насильственные действия сексуального характера и умышленные убийства четырех молодых женщин, . Убийства совершал, причиняя несовместимые с жизнью колото-резанные проникающие ранения в области шеи и груди, а также душил руками и бил кулаками, причиняя ссадины и кровоподтеки с кровоизлияниями. А) В кабинете следователя, обхватив голову руками, Шуляков, периодически ажитируясь, страдальческим голосом продолжал стенать. [в диалогах зн.(+) - высказывания психиатра-эксперта, следователя; зн (-) высказывания исследуемого] - Доктор, неужели я Чикотило! У меня даже сейчас какое-то раз... раздвоение. Как-будто Я и не Я. Как-будто во мне сразу два человека. Вы мне верите? Второй во мне злорадствует: "Ну вот дошел, оставил одних жену , детей". Вот сейчас в камере хочу уснуть, отключиться. А какой-то вот голос, такой, что...Я понимаю, что я подонок. + Он ругает?- Да. С усмешкой как-то говорит: "Ну вот - там это самое - у тебя остались дети, а ты здесь". То есть как специально. Не знаю как это сказать.+ Он имел какое-то отношение к тому, что случилось? - (перебивая) Да. Непосредственное.+ Каким образом?- То есть, как это сказать. У меня такое ощущение, когда я их вел туда я как-то боролся. Я чувствовал, что я неправильно делаю, не так. Я, когда вел.. чувство такое, что второй какой-то голос говорил: "Нет веди. Ты доолжжен!" Я не хотел этого. Он меня как-бы. Пока я шел, я как-бы перевоплощался что ли, даже борясь психически перевоплощался в другого человека.+ А физически ощущал как перевоплощаешся?- Я чувствовал прилив крови, по телу шло какое-то тепло, в голове начиналось как бы помутнение. Не то, что помутнение. А, что-то такое как-будто, что-то давило сверху вниз на меня. Я не знаю.+ Мышцы менялись, тело менялось?- Расправляться как-то начинал. То есть чувствовал свою силу, что ли.+ То есть появлялось ощущение какой-то силы?- Да. какого-то непонятного.+ А ощущение того, что ты преображаешься?- Стараюсь стать каким-то зверем, что ли. Б)...+ Как я понимаю это начиналось за несколько недель или за неделю, или за день, или в один и тот же день все сразу накатывает? В).......- Нет, в основном все начиналось за неделю. Мне чего-то становилось не хватать. Мне надо было потрогать белье жены. Я иногда подходил к шкафу, суну руку в белье жены, когда ее не было дома. Жена выходила куда-нибудь... Я шмотки ее потрогаю.+ При этом ты ощущал какое-то настроение, оно было приподнятое ?- Да, немножко повышалось настроение. Я не могу сейчас...+ Тогда было и чувство присутствия в тебе второго человека?- Было. Оно меня как-то заставляло: иди потрогай. Я понимал, что мне это не хочется.+ Но понимал, что это противоестественно?- Понимал.+ Или не очень? Это было похоже как в страшилках с монстрами, когда человек преображается?- Да, что-то типа такого.+ Типа, но не то?- Я ведь не преображался.+ Я понимаю, но чувство того, что внутри тебя вырастает нечто такое, что заставляет тебя.....- Да.+ Я правильно понял, что в это время ты ощущал как расправляется твое тело, появляется какая-то сила. Ты чувствуешь себя как-будто другим человеком. Каким человеком?- Каким-то сильным, в то же время не знаю. Неуловимым, что ли. Ну, вот, как отрицательные герои.+ Чувство всемогущества появлялось? - В сущности да, наверное.+ Или чувство какого-то превосходства над окружающими? Чувство того, что становишься каким-то сильным, мощным или как это?- Сильным.+ В состояниях алкогольного опьянения бывало такое?- Если уж я пью, то у меня нет нормы. Не то, что нет нормы. Я ее знал. Но когда я совершил уже в мае третье убийство, я почувствовал, что во мне что-то не то. Я как бы сначала может быть из боязни, может быть еще с чего-то. То ли забыться. Я начал пить. Когда я вот сейчас совершил последнее убийство, я просто пил "захлебом". Мне было не остановиться.+ Пил от того, что может быть появлялось сожаление. Скажи проще. Не выдумывай.- Нет я не выдумываю. Наверно, для того, что бы забыться. Когда уже это случилось - то есть пятое убийство. Ведь у меня был большой промежуток. А, когда я чувствовал, что "он" меня вынуждает я в основном брал пиво, старался сначала выпить пиво, потом водку, чтобы как-то... (с надрывом в голосе)... отойти от этого..(.переходя на крик). Что бы он меня не смог забрать.. я пил до чертиков. Когда я уже убивал со мной происходило что-то... Какая-то апатия. То есть я-а-а не соображал, что я делаю, когда приходил домой, когда уже осознавая то, что у меня случалось, сначала я гнал эти мысли, а потом как-то по нарастающей опять начинала все это опять начинало восстанавливаться. То есть я опять готовился к соверш... Ну вот, между эпизодами, вот, я опять как-то сначала. Я старался. Ну, когда первое произошло, просто я не поверил. Потом, второй раз когда, вот, произошло. Второй раз я тоже в это не поверил. + Почему? - Я обьясню. Во-первых, э-э-э... Это нигде не прошло. То есть я по ориентировкам этого не видел. Значит я мог. Я подумал, что мне это все приснилось. Вот. Тогда со мной произошло вот это. Второй случай - я испугался, но не осознал, что я это сделал. То есть я полностью не мог. Не смог осознать, что это действительно сделал я. И вот, когда третья жертва появилась, когда я это сделал. Куда мне было идти? Идти к вам? У меня двое детей. Все! Это сейчас могу говорить как на духу потому что я потерял все. Помните вы мне сказали: "жена она есть жена, она будет ждать". Нет ее у меня! Я уже почти знаю. Г)..........+ Может быть все правильно, в этой части закономерно, так как у тебя и с женой стали разваливаться отношения. - Да, я стал пить потому что у меня нервы стали ни к черту, но я с собой уже ничего не мог поделать, когда у меня появлялись эти мысли. Да, когда я задержал эту девочку, я уже работать не смог. Потому что у меня мысли работали в другую сторону, я был другим человеком. Да! Я готовился, я продумывал. Да! Я становился волком. Я и сейчас порой здесь становлюсь волком. + Какой смысл ты вкладываешь в "здесь становлюсь волком"? Это чувство одичания или тебя и здесь демонические мысли достают?- Они меня и здесь достают. Я понимаю, что я... Конечно выйти я не выйду, я знаю. Лучше конечно получить пулю в лоб и на этом все закончить. Чем сидеть пожизненно и гнить, как я гнию сейчас. Когда ко мне приходят мысли, с одной стороны, я завидую сам себе. То, что я был мужиком! Во мне действительно живет два человека. Это тяжело осознать, но я чувствую это. И когда я начиґнаю думать как второй человек, с одной стороны, я себя уважаю. Да я убийца. Насильник. Тяжело это высказать, но я насильник. Да! Но я прошел то, что ни один человек! Может только в мыслях подумать и лелеять. Только лелеять. Любой человек лелеет это в мыслях. Он хочет, но он не может, он боиться. Может быть конечно я не прав. Может быть действительно. Все равно меня общество не поймет...







  • 2013 at 7:21 PM      Шуляков В.А.1968 г.рожд. Ранее не судим, окончил 8 классов, ПТУ, повторно женат, имеет двух детей. Служил в армии, в войсках МВД, охранял заключенных. После демобилизации работал в органах охраны. Используя форму работника милиции совершил тяжкие преступления - изнасилования и умышленные убийства на сексуальной почве. Сейчас я ждал оперативников и  Шулякова  на заднем сидении обшарпанного милицейского жигуленка. Они перевозили  Шулякова для первого допроса. Через лобовое стекло было видно, как они вышли из изолятора временного содержания (ИВС) и направились к машине. Невысокого роста Шуляков  семенил  междку ними так неуклюже, как если бы на нем были кроме наручников и кандалы. Сейчас  плотно с двух сторон стиснутый плечами детективов, он выглядел худосочным робким призывником-дезертиром. Никому бы в голову не пришло, тем более редким в этот ранний час прохожим, что он до этого много лет сотни раз сам защелкивал наручники на трезвых и пьяных запястьях бомжей , хулиганов... и запуганных девочек.Сейчас он скорее был озадачен, чем смущен. Для него было противоестественным самому оказаться в наручниках. Да еще на улице под нахально любопытными взглядами редких прохожих.

События последних недель еще продолжали ему казаться затянувшимся кошмарным сном. Хотя и не совсем. Особенно в последний год, часто засиживаясь в туалете, - его любимое место для мысленных и плотских мастурбаций - все чаще про себя и шепотом повторял: "Ну вот все .... докатился. Расстреляют ведь". От частых повторений это правильное и естественное умозаключение превратилось в защитное заклинание, отодвигавшее "дурные" предчувствия. Так постепенно в нем утвердились сначала надежда, а затем и уверенность, что периодически накатывающиеся видения его  ареста, "камеры "Крестов", следствия и суда - всего лишь напрасные страхи. Поэтому стал воспринимать их как волнующую, временами даже приятно щекочущую нервы, игру воображения, картинки которого не могут воплотиться в реальность также, как и несбыточная детская мечта о случайном счастье. Вроде кошелька, набитого аккуратно сложенными купюрами, кем-то потерянного на его пыльной дороге..Сейчас по всему было видно, что он только-только стал вникать в реальный смысл происшедшего и  грядущих крутых перемен в своей жизни. Его походка - неожиданно для него самого - стала нелепо пританцовывающей на обычной городской улице. Руки, ноги и движения телом словно пытались отшутиться:"Мы тут все свои". Продемонстрировать, что детективы при нем и наручники на нем - это всего лишь милицейские "приколы". Более сложную политику вели его руки. Десять пальцев, собранных наручниками в кучку, стыдливо копошились под животом. Одни держали брюки, покаянно сползавшие к коленям. Другие, изображая вывернутый наизнанку ветром судьбы фиговый листочек, прикрывали браслеты наручников, матово поблескивающие на запястьях.
Этот стоп-кадр невольно навел на мысль, что собаки прячут хвост между задними лапами скорее не из-за страха, а от смущения, когда не могут пустить в ход свои зубы. За месяц перед арестом, после того как он впервые "засветился" в убийстве девочки, мне показали его фотографию.На его незрелом лице никак не отразились три десятка уже прожитой жизни. Из них половина была семейной в двух браках, осложненных по одному ребенку от каждого. Рассматривая это фото, сделанное для удостоверения, неискушенный наблюдатель сказал бы, что ничего примечательного в нем нет - лицо как лицо. Дейтвительно, так и есть, если бы не малозаметные для непрофессионального взгляда аномальные складки и линии. В их ассиметриях еще в детстве отпечатались роковые незавершенности характера. Поступки и жизненный путь этих субъектов в целом непредсказуемы из-за "соломенной" - светит, но не греет - возгораемости чувств и мыслей.
Сейчас под его мальчишеским носом топорщились длинными стрелами рыжевато-бесцветные усы. Буйно разросшись в неволе, они с испугом таращились на мнимую "свободу" и, как щупальца-антены, исследовали незнакомую для них улицу. На всякий случай угрожающе, явно не доверяя глазам и ушам хозяина, отвыкшим от божьего света.
Гомицидальные "Deja vecu"/"Jamais eprouve"...
У субъектов с особым типом личности, который психиатры прошлого образно называли "человек влечений", гомицидальность закрепляется по механизму тахифилаксии (пристрастия с первой пробы). Часто после такого первого убийства возникает навязчивое гомицидальное влечение, которое стимулирует механизм повторных (серийных) сексуальных убийств. Очередное обострение гомицидально-сексуального влечения начинается с предвестников в виде навязчивого чувства гомицидальных "свободы", всемогущества, вседозволенности. Они выражаются в общей экзальтации, повышенной "прилипаемости" внимания к окружающим, внешне соответствующих образу доступной и приемлимой жертвы и др.. Каждому новому эксцессу предшествует соединение в гомицидомане сексуальных побуждений и гомицидальной одержимости ("хищности"), которое блокируют личностный контроль над гомицидальными побуждениями и стимулируют гомицидомана к
поиску предполагаемой жертвы и выжиданию подходящего для нападения момента.При этом меняется внешность, реакции гомицидомана. Так, например, в кинокадрах, сделанных самим гомицидоманом-имитатором (см. далее в Гл."Гомицидоманы - имитаторы, убийцы "на доверии"), склонный к полноте и медлительный в повседневности, в момент нападения преображался. Как видно в кинокадрах, сделанных самим гомицидоманом, он во время убийств преображался. Его движения становились быстрыми, хищными, беспощадными, машиноподобно точными, молниеносными, а мимика и позы в целом выражали одержимость жаждой убийства.Она выражались и в кошачьей ловкости, цепкости, молниеносности гомицидальных (смертоносных) физических воздействий, подавлявших потерпевших. Во всем его облике торжествовала раскрепощенность человека-хищника. И в то же время обращала внимание суетливость и мельтешение (типичное для субъектов этой "породы"), которые выдавали в нем извращенную реакцию "травоядного", взявшегося не за свое дело. Перед каждым убийством в гомицидоманах, совершавших серии убийств, пробуждается архетип каннибальской охоты. Феномены гомицидальной "свободы" и "хищности" демонстративно представлены в рассказе молодого человека, проходившего медицинскую комиссию в связи с призывом на военную службу. Он просил комиссию рекомендовать его на службу в специальное подразделение, которое выполняет "боевые" задания, связанные с применением техники рукопашного боя. Считает себя подготовленным к такой службе так как
владеет техникой рукопашного боя. Рассказал, что в течение нескольких лет периодически испытывает неодолимое стремление физически "размяться". С этой целью прогуливается вечером по пустынным улицам или в парке, выжидая, когда встретится с компанией из двух-трех мужчин. Оценивал свои возможности одолеть их физически и убедившись в благоприятном для себя исходе, затевал с ними драку. После расправы испытывал "душевное" удовлетворение, бодрость "духа" и др.. Особенно в момент, когда, вернувшись домой, смывал чужую кровь с манжет своей белой рубашки, которую специально мспользовал для таких случаев. В нашей беседе (со мной как с экспертом) Шуляков явно самовозбуждался, рассказывая о своих нападениях, и невольно смаковал их детали. [ зн.(+) высказывания эксперта; зн. (-) высказывания обследуемого]... + И техника твоих нападений была бы другая? - Другая, обязательно бы! Но обязательно то, что первое с азов... Завел бы там, наручники бы одел, немножко раздраконился бы... + Когда после этих нападений ты приходил домой, этот "демон" сохранялся в тебе. - Я запирался сам в себе, отвечал сам себе... на какие-то непонятные вопросы. Боялся трогать своих детей, прикасаться к их голове, бить по попе ... + За себя боялся, что можешь натворить что-нибудь страшное с собственными детьми? - Да. + Были раскаяния, депрессия? - Да. + Чем ты ее снимал? - Валерьянкой. + Вспоминались прошлые нападения, образы жертв? - Бывало. Особенно, когда подготавливался к новому... следующему нападениюю. Постоянно что-то было.+ Сколько занимало времени? Неделю, две или месяц... - Иногда и даже месяцы. Сначала начинал думать подсознательно о том, что:"...вспомни то-то, то-то...". Какое-то вот такое, что начинал этим
себя возбуждать, чтобы стать раскрепощеней и злее что-ли..При обострениях гомицидального (смертоносного) влечения воображение таких гомицидоманов нередко заполняется "опережающими" сценическими гомицидальными фантазиями насилия. Мощный поток гомицидальных фантазий создает иллюзию "уже пережитого" ( deja vecu), что предупреждает, смягчает и блокирует гомицид. А также играет роль естественной защиты против гомицидального (смертоносного) насилия. В старину такая антигомицидальность регламентировалась в правилах драки, Например, в поединках "до первой крови". Многие из серийных гомицидальных насильников и убийц говорили:"жертва должна пройти через мои фантазии".В них нереализованные гомицидальные фантазии зарождаются и естественно гаснут как "искры" многих гомицидальных мотивов, естественно конкурирующих и гаснущих в противостоянии уже пережитого" ("deja vecu), но не испытанного (jamais eprouve").
"ПОЛОВАЯ ПСИХОПАТИЯ" (Р.Крафт-Эбинг) И СЕКСУАЛЬНАЯ ГОМИЦИДОЛОГИЯ(В.И.Иванов) ".Монументальный труд немецкого психоневролога Рихарда фон Крафта-Эбинга "ПОЛОВАЯ ПСИХОПАТИЯ" - книга очень непростой судьбы, оказавшая сложное влияние и на перипетии личной жизни ее автора, и на формирование научных представлений о смертоносном (гомицидальном)сексуальном поведении человека. Крафт-Эбинг родился в 1840 г. в Мангейме, откуда после окончания средней школы переехал вместе с родителями в Гейдельберг, где жил его дедушка по материнской линии - адвокат, снискавший значительный авторитет своей правозащитной практикой. Под его благотворным влиянием Крафт-Эбинг начинает изучать медицину, но вскоре, заболев тяжелой формой тифа, вынужден отправиться в Швейцарию. После выздоровления Крафт-ЭБИНГ, увлеченный лекциями знаменитого психиатра В.Гризингера, продолжает учебу в Цюрихе и специализируется по психоневрологии.Заняв в 1870 году профессорскую кафедру в Страсбурге, Крафт-Эбинг публикует несколько фундаментальных руководств ( в их числе: "Основы криминальной психологии", 1872; "Учебный курс судебной психопатологии", 1876 и др.). Он систематически приглашался и часто выезжал в качестве консультанта во многие европейские страны (в том числе в Россию и Англию), где завоевал репутацию самого эрудированного психоневролога континента. "... В 1886 г. Крафт-Эбинг публикует книгу "Половая психопатия", нарушая и ниспровергая этой пионерской работой все общепринятые (хотя и негласно) каноны благопристойности. Дело в том, что в течение многих веков, со времени укоренения в Европе христианства, любое упоминание секса изгонялось из всех университетских кафедр как грех, а в судах безжалостно преследовалось как преступное деяние "Мания убийства на почве сладострастия (сладострастие, усиливающееся до жестокости, мания убийства и антропофагия".Наиболее гнусным, но в то же время и наиболее доказательным примером взаимной связи между сладострастием и манией убийства может служить случай Андреаса Бишеля, опубликованный Фейербахом в его «Документальном описании необычных преступлений».Бишель насиловал девушек и затем убивал и разрезал их на части. Вот как рассказал он на суде об убийстве одной из своих жертв: «Я вскрыл ей грудь и рассек ножом мясистые части тела. После того я повернул ее, как мясник это делает со скотом, и разрубил топором тело на части, чтобы иметь возможность положить его в яму, вырытую мною на горе. С его слов:"Я должен сознаться, что при вскрытии я чувствовал такую жадность, что дрожал всеми членами и едва удержался от искушения отрезать кусок мяса и съесть его». Ломброзо также приводит соответствующие случаи; между прочим он упоминает об одном субъекте по имени Филип, который имел обыкновение душить после совокупления проституток. Некто Грасси однажды ночью почувствовал неодолимое желание совершить половой акт со своей родственницей, жившей в одном доме с ним. Раздраженный встреченным сопротивлением, он несколько раз вонзил ей нож в живот, а когда отец и дядя пытались остановить его, он и им нанес удары тем же оружием. Затем он отправился к одной проститутке, чтобы охладить в ее объятиях свой пыл. Но и это не удовлетворило его. Он убил еще своего отца и заколол несколько быков, стоявших в хлеву. В том, что многие из таких убийств имеют своим истоком гиперестезию в соединении с половой парестезией, после всего сказанного сомневаться нельзя. Так, под влиянием извращения чувственных ощущений убийца способен и на дальнейшие чудовищные манипуляции с трупом своей жертвы, например, он рассекает его на мельчайшие куски, роется в его внутренностях и т. п. ПРЕДИСЛОВИЕ К ДВЕНАДЦАТОМУ ИЗДАНИЮ.
Издание книги "Половая психопатия" с обращением особого внимания на извращение полового чувства подверглось тщательному пересмотру и отчасти переделано и дополнено. Благосклонный прием, единодушно оказанный этой книге юристами, доставил автору отрадное сознание того, что она не останется без влияния на законодательство и окажет свое содействие в деле устранения многовековых заблуждений. Неожиданно большое распространение книги представляет, очевидно, лучшее доказательство того, какая масса несчастных искала и нашла в ней разъяснение и утешение в загадочных явлениях своей половой жизни. Справедливость подобного предположения удостоверяется большим количеством писем, полученных автором из всех стран от таких пасынков природы. Чтение этих писем, принадлежащих в большинстве случаев перу лиц, занимающих высокое положение и по степени развития, и в социальном отношении, лиц, очень часто наделенных самыми тонкими чувствами, наполняет душу глубочайшим состраданием. Они раскрывают такие душевные муки, перед которыми бледнеют все страдания, приуготовляемые нам таинственным роком!..Пусть же моя книга и дальше приносит этим несчастным утешение и нравственную реабилитацию! Позволяю себе выразить надежду, что и предлагаемое издание встретит тот же дружеский прием, какой выпал на долю предыдущих, и высказать пожелание, чтобы книга моя сослужила полезную службу науке, праву и гуманности!Автор Грац, декабрь 1902
Гомицидология в свете концепции биопсихических структур В. Райха ( 4 )
Введение на основе материала из кн. В.Райха "Психология масс и ... ", перевод с английского Ю.М.Донца, Университетская книга Санкт-Петербург 1997.
......... "при оценке человеческих реакций мы, как правило, имеем дело с тремя
различными слоями биопсихической структуры. Как показано в моей книге
(В.Райх "Анализ характера"), эти слои характерологической структуры возникают
в результате общественного развития и функционируют независимо друг от друга.
Для поверхностного уровня личности среднего человека характерны сдержанность,
вежливость, сострадание, ответственность, добросовестность. Не было бы никаких
общественных трагедий, если бы этот поверхностный пласт личности человека находился
в непосредственном контакте с его глубинной, естественной основой. К сожалению,
дело обстоит иначе."Поверхностный" слой личности не соприкасается с глубинной
биологической основой индивидуальности.А Он опирается на второй,"промежуточный"
слой характера, который состоит исключительно из импульсов жестокости,
садизма, сладострастия, жадности и зависти. Это то, что З. Фрейд называл
"бессознательным". На языке сексуальной энергетики "бессознательное"-
совокупность всех так называемых "вторичных влечений". Биофизика оргона позволила
понять фрейдовское бессознательное, т. е. антисоциальное, в человеке как вторичный результат подавления первичных биологических влечений. После прохождения второго слоя "извращений" и
погружения в биологический субстрат человека всегда обнаруживается третий,
самый глубокий слой, который мы называем биологической основой. В этой
основе, при благоприятных условиях, человек, как правило, представляет собой
искреннее, трудолюбивое, склонное к сотрудничеству, любящее и, при наличии
достаточной мотивации, рационально ненавидящее существо. В то же время
представляется совершенно невозможным освобождение характерологической
структуры современного человека путем проникновения в этот самый глубокий и
столь перспективный слой без предварительного удаления ложного, социального
поверхностного слоя. Сбросьте маску воспитания, и пред вами предстанет не
естественная общительность, а лишь извращенный, садистский слой характера.В
результате неудачной структурной компоновки каждый естественный,
социальный, либидозный импульс, стремящийся к реализации на биологической
основе, вынужден проходить через слой вторичных извращенных влечений и таким
образом подвергаться искажению. Это искажение трансформирует и извращает
исходную социальную природу естественных импульсов, препятствуя любому
подлинному проявлению жизни".....
Гомицидология в свете концепции биопсихических структур В. Райха ( 3 )
Введение на основе материала из кн. В.Райха "Психология масс и ... ", перевод с английского Ю.М.Донца, Университетская книга Санкт-Петербург 1997.
(стр 333)....."Жизнь человека разделена на две части: одна часть его жизни определяется биологическими законами ( половое удовлетворение, потребление пищи, связь с природой); другая часть его жизни определяется машинной цивилизацией (механистические представления о своей структуре, его доминирующее положение в животном царстве, его расовое или классовое отношение к другим группам людей, представления о праве собственности, наука, религия и т.д.). Жизнь и мышление человека проникнуты двойственностью: он - животное и не животное, он имеет биологические корни, с одной стороны, и техническое развитие, с другой. Все представление о себе человек создает на основе созданной им машины. (стр 324-326,327... биопатии,садизм,....испражнение?)"Естественная наука постоянно вдалбливает человеку в сознание, что в основе своей он ничтожный червь в мироздании... Что человек не животное, а "зоон политикон", т.е. хранитель ценностей, "существо нравственное". Сколько вреда причинила платоновская философия государства! Понятно, почему человек лучше знает политиканов, чем ученых. Он не желает, чтобы ему напоминали о том, что в основе своей он сексуальное животное. Он не желает быть животным. С этой точки зрения животное обладает не разумом, а "порочными инстинктами", не сознанием ценностей, а "материальными потребностями". Такие "различия" любит подчеркивать тот человек, который видит смысл всей жизни в зарабатывании денег. Если нынешняя смертоносная ("гомицидальная")война и обладает какой-то разумностью, то эта разумность заключается в обнажении бездонной иррациональности и лживости таких идей. У человека было бы достаточно оснований для счастья, если бы он был столь же свободен от садизма, извращений и подлости и также проникнут естественной спонтанностью, как любое животное, будь то муравейй или слон. Если предположение о том, что Земля является центром мироздания и единственной обитаемой планетой, свидетельствует о тщеславии человека, то представление о животном как "бездушном", абсолютно лишенном нравственности существе не имело под собой оснований и оказало пагубное влияние. Если,считая себя великодушным святым, я возьму топор и расколю череп моего соседа, тогда меня вполне могут отправить в психиатрическую больницу или на электрический стул. Это сопоставление, однако, точно отражает существующее в душе человека противоречие между его идеальными "ценностями", с одной стороны, и действительным поведением, с другой. Хотя это противоречие и облекается в форму таких высокопарных социологических выражений, как "век войн и революций", "возвышенные фронтовые переживания" и "высшее развитие военной стратегии и политической тактики", тем не менее остается непреложным факт безнадежной путаницы в представлениях человека о своей биологической и социальной структуре. Ясно, что эта структура сознания сформировалась не естественным путем, а в результате развития машинной цивилизации. Нетрудно доказать, что в период замещения матриархального уклада патриархальным подавление и вытеснение генитальной сексуальности детей и подростков служили основными механизмами адаптации личностной структуры к условиям авторитарного строя. Подавление природы "животного" в ребенке было и остается до сих пор основным средством формирования механических субъектов. Социально-экономическое развитие общества до настоящего времени имело механический и независимый характер. Основа всех идеологических и культурных структур развивалась и расширялась одновременно с социально-экономическим развитием:"Долой генитальность!" и "Долой животное!". Стремление человека отмежеваться от своих биологических истоков нашло отчетливое и полное выражение в двух процессах: социальном и психологическом. Садистская жестокость в экономической деятельности и в войне, характерологическая механичность, двусмысленное выражение лица, защищенность чувств, извращенные и преступные стремления -все это постепенно приобретало отчетливые очертания.
Прошло сравнительно немного времени с тех пор, как мы обратили внимание на пагубные последствия биологического развития, которое шло окольным путем. В связи с этим можно легко поддаться искушению смотреть на существующее положение слишком оптимистично. Чрезмерный оптимизм выражается в следующем рассуждении. Несомненно человек сбился с пути, когда истолковал свою природу в рамках машинной цивилизации. Теперь, когда мы признали ошибку, ее будет нетрудно исправить. Цивилизация должна быть механистической, но механистическое отношение человека к жизни можно без труда превратить в отношение, опирающееся на процессы живой деятельности. Проницательный министр образования мог бы издать соответствующие указы с целью изменения системы образования. Ошибка будет исправлена на протяжении жизни нескольких поколений. Так говорили некоторые умные люди во время русской революции 1917-23 гг.
Вышеприведенное рассуждение действительно было бы верным, если бы механистичесое мировозрение было лишь "идеей" или "точкой зрения". Характерологический анализ поведения обычного человека во всех социальных ситуациях выявил факт, который мы не вправе недооценивать. Оказалось, что механическое мировозрение служит не только "отражением" социальных процессов в психической жизни личности (как полагал Маркс), но и составляет нечто значительно более важное.
На протяжении тысячелетий механического развития механистическое мировозрение постепенно укоренялось в биологической структуре человека и передавалось из поколения в поколение.В процессе этого развития деятельность человека фактически претерпела механическое преобразование. Разрушая свою генитальность, человек приобрел биологическую ригидность. Он закрылся надежной броней от естественного и спонтанного в себе и утратил связь с биологичесой саморегуляцией. Другими словами, он превратился в автомат, "мыслящую машину". Поэтому он не только верит, что действует как машина. Он живет, любит, ненавидит и мыслит все более механически... Отсюда проистекает глубоко укоренившаяся ненависть ко всем подлинно естественным наукам, т.е. к тем наукам, которые не имеют отношения к созданию машин.....
В образовании, науке и философии жизни человек постоянно воспроизводит механический организм. Под лозунгом "Долой животного!" биологическое уродство добивается ошеломляющих успехов в борьбе "сверхчеловека против низшего человека" (приравненного к человеку природному), а также в научном,математическом и механическом осуществлении убийства. Но кроме механических философий и машин для осуществления убийства необходим еще один фактор. Таким фактором является садизм, вторичное влечение, которое проистекает из подавленной природы и составляет единственную существеннную особенность, отличающую психологию человека от психологии животного. Продолжение следует.

Profile

ivanovvi
Иванов Валерий Иванович

Latest Month

Май 2014
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031

Syndicate

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner